В огне войны сгорело детство

В год 75-летия Великой Победы мы вспоминаем тех, кого называем дети войны. Этот рассказ о нашем земляке из д. Льгово.

Леонид Иванович Киселёв родился в 1939 году в деревне Льгово Кадыйского района Костромской области.
Отец, Киселёв Иван Макарович и мать, Киселёва Елизавета Ивановна, оба 1939 года рождения.
Когда Леониду было 9 месяцев, отца забрали на Финскую войну, а когда началась Великая Отечественная война, Иван Макарович ушел на фронт, где в битве под Тихвином попал в плен вместе со своим однополчанином из Ярославской области, но об этом родственники узнали позднее.
Когда закончилась война, с фронта пришел Смирнов Дмитрий Павлович (Митя Катин). Так вот он рассказывал, что был в плену вместе с земляком Иваном Макаровичем, отцом Леонида Ивановича, только в разных бараках. Они виделись на прогулках и перекличках, но потом Дмитрий уже не видел односельчанина, а позже узнал от сослуживца из Ярославля, что Иван Макарович заболел и когда почувствовал, что умирает, стал отдавать свою пайку ему. Только вот, как звали этого сослуживца, Дмитрий не запомнил, но передал от него низкий поклон жене и детям с благодарностью за то, что, может, благодаря тем пайкам, остался в живых до самого освобождения из плена.
Мать, Елизавета Ивановна, долго ничего не знала о своём муже, а в 1942 году пришло известие, что Иван Макарович в декабре 1941 года пропал без вести. У отца было ещё 5 братьев, все они воевали, но домой вернулись только трое: Павел, Александр и Алексей. Кроме пропавшего без вести отца, похоронки пришли на Михаила Макаровича (1914 года рождения) – погиб 3 мая 1942 года в звании младшего лейтенанта, захоронен в братской могиле в городе Велиж Смоленской области, и Дмитрия Макаровича (1917 года рождения) – рядовой, погиб 18 января 1944 года.
Тяжело было матери одной с тремя детьми, кроме Леонида, в семье было ещё два сына: Михаил, 1932 года рождения и Николай, 1936 года рождения.
Михаил закончил второй класс, когда началась война, в школу больше не ходил, водился с младшими братьями и помогал матери по хозяйству. Проживали они тогда во Льгове в Самсоновом крае – 15 домов было в этом краю, по фамилиям никого из жителей не звали, только по отзывам: Кузины, Климины, Борини, Сёмины, Алексеевы, Евгенины, Улины. Брат матери – Антонов Павел Иванович, с 1924 года, погиб 8 июля 1943 года, не доехав до фронта, в эшелоне, который попал под бомбёжку.
У бабушки с дедом остались только две дочери: Елизавета и Павла, которая помогала матери с детьми и хозяйством (заготавливать дрова, сажать и копать картошку и др.) Жили бедно, одной матери трудно было прокормить всех, помогали бабушка с дедом, но и у них хозяйство было скудное: всё отдано в колхоз.
Когда закончилась война, все радовались: и взрослые, и дети, а мама плакала… Она всю жизнь посвятила детям, замуж больше не вышла.
Послевоенные годы тоже были очень тяжелые и голодные. Мать работала в колхозе, наравне с мужчинами и пахала, и сеяла.
«Запомнился период жизни, когда мать увезли в больницу в Макарьев: мы с Николаем сами топили русскую печь, один сидел на шестке и складывал дрова в печку, а другой подавал. Сами и похлёбку варили. Ребятишки, такие же, как и я, ходили в паньковские поля воровать турнепс и горох, переплывали речку Нёмда в самом узком и мелком месте, набирали под рубаху гороху с турнепсом – и назад через речку с «большим пузом»! Собирали щавель, песты, а мать потом варила щи и делала пестовники.
Однажды мама принесла из Кадыя двух маленьких козляток, мы ухаживали за ними, вырастили на мясо. Полегче стало, когда Миша пришел из армии, купили двух козочек, назвали их Алька и Ласка. Молока они давали много, и очень вкусное было молоко. А позднее уже завели корову, звали её Зорька, держали и поросят. Постепенно жизнь налаживалась. Излишки молока сдавали на маслозавод в Кадый, а назад привозили обрат, поэтому своё масло и сметану стали делать уже позднее, может, после пятидесятых годов. С куриц тоже был налог – яйцами, а те, кто не могли собрать нужное количество, покупали яйца и отдавали за налог».
Зимами, когда в колхозе работы не было, мать ткала половики и новины. Прядильный стан и чесала (чесальный станок для обработки льна) достались матери от родителей. Основа стана, она самая габаритная, стояла во дворе у клети, а стан, за которым мать пряла, стоял прямо в доме. Из новины шили простыни, рубашки, скатерти, которые потом мать украшала вышивкой или строчила разные узоры.
Когда Леониду исполнилось 7 лет, он пошел в первый класс, учительницу звали Мария Васильевна Баранова (отзыв Лисина).
«Меня тоже по фамилии не называли, а звали Тюбин, по маминым родственникам. Учился я плохо, не нравилось мне сидеть за уроками с книжками. А вот спортом заниматься любил, особенно, кататься на лыжах. В 1955 году закончил школу и поступил в Макарьев в ремесленное училище вместе с одноклассником Николаем Смирновым (Фединым). Поступали с нами ещё Бутарев Николай и Антонов Николай, но их не взяли по состоянию здоровья. В этом училище уже учились ребята изо Льгова: Колпаков Сергей, Шаронов Юрий и Комаров Леонид, они закончили училище на 1 год раньше.
Я в ремесленном училище тоже занимался лыжами, ездил на соревнования в Кадый. Сопровождал меня учитель физкультуры Шагин Сергей Макарович, тогда я не занял никакого места. А потом со мной занималась физкультурница Целикова Ангелина Ивановна. И когда она меня отобрала на межрайонные соревнования, которые тоже проходили в Кадые, я занял 1 место!
После окончания училища получил специальность слесаря по ремонту сельхозтехники, направили на работу в Завражный МТС. А в 1958 году, как раз в льговский праздник Казанскую, забрали в армию. Пять человек с Кадыйского аэродрома отправили самолётом до Костромы, а там до Нерехты ехали на электричке. В общем, начиналась уже взрослая жизнь – детство и юность закончились».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *