Пусть традиция живет…

Субботний день 22 июля удивил марьинцев заметным оживлением в неторопливом, размеренном укладе сельской жизни: одна за другой подъезжали машины, по деревне передвигалось много людей. Как оказалось, всё просто: в этот день встречались земляки деревень Марьино и Середники. Начало этой доброй традиции положили тренинцы. А инициатором нашей встречи два года назад стала Н. Н. Лядухина (Олоничева). Низкий поклон Вам, Нина Николаевна, от всех нас за это начинание!

Собравшиеся возложили цветы к обелиску, склонили головы перед списком земляков, погибших в годы Великой Отечественной войны, ведь из каждой семьи на фронт ушли деды, отцы, сыновья.
Извещений о гибели, в народе называемых «похоронками», в 1941 году в деревню не приходило, только сообщения о без вести пропавших. Они оставляли хоть какую-то надежду на то, что солдат, может быть, жив. Многие ждали своих сыновей и мужей до конца своих лет. Похоронки же не оставляли никакой надежды.
Первое извещение о гибели пришло весной 1942 года. В нём сообщалось о том, что Кузнецов Михаил Иванович умер от ран 29. 04. 1942 года. Летом 1942 года пришло извещение о гибели Жарова Николая Алексеевича, осенью 1943 года прямо в поле Беляевой Александре Дмитриевне вручили похоронку о гибели мужа. Прочитав её, вдова солдата упала на землю без сознания и лишь потом заголосила. В таком состоянии она даже на смогла самостоятельно дойти до дома, домой её везли на лошади в телеге.
Вскоре деревня узнала о гибели Муравьёва Николая Александровича, и ещё одна Александра стала вдовой. Её дочь, Панкова Любовь Николаевна, вспоминает, что мать долго была без чувств.
Приведу страшную статистику: на фронт было призвано 39 односельчан, не вернулись 23 (59%). Из них 11 пропали без вести, 10 погибли на полях сражений или умерли в госпиталях от ран, 2 – в немецком плену. И лишь 16 (41%) вернулись с фронта живыми, 4 из них были демобилизованы по ранению. Оставшиеся же дома от мала до велика самоотверженно трудились во имя Победы. Мы, их дети, внуки и правнуки, вечно будем в долгу перед ними за то, что они спасли мир от фашизма и дали нам возможность жить под мирным небом.
В деревне никого из участников войны и её свидетелей сегодня уже нет в живых. Только таблички на обелиске да память близких хранят их имена.
Василий Александрович Муравьёв… Это человек, чья молодость опалена войной. Кто-то может возразить: воевал-то недолго, но разве суть только в сроке. Есть такие отметины, одной из которых человеку достаточно, чтобы ни на миг не забывать всю последующую жизнь.
Василий Александрович, а тогда ещё 19-летний паренёк Вася Муравьёв из многодетной семьи, на войну ушёл в конце декабря 1941 года. (До этого копал противотанковые рвы в Кинешме). Правда, в отличие от некоторых его сверстников, на фронт сразу не попал, так как начинал свою службу в Монголии в мотострелковой роте. Лишь спустя два долгих года вернулся в Россию. А вскоре произошло событие, в корне изменившее всю его судьбу. Сержанту Муравьёву довелось принять участие в одном из исторических сражений, на Курско-Орловской дуге, оказавших решающее влияние на ход Великой Отечественной войны. «Шли в наступление, – вспоминает Василий Александрович, – брали высоту близ местечка, название которого я за давностью лет уже не помню. А вот дата, несмотря на годы, надолго врезалась в память. Именно 12 августа 1943 года для меня закончилась война, потому как в этом бою был ранен в один день и много раз: осколок прошил правую ступню, задел правую руку и шею, пулями перебило бедро». В 20 лет стал инвалидом второй группы. С той поры почти каждый год осколки костей выходили из руки, бывало, что и раны открывались, а хромота осталась на всю жизнь. Таким, хромающим на одну ногу, и запомнили мы дядю Васю.
Первые послевоенные годы были не многим легче, так как они выдались неурожайными и многие жители д. Марьино говорили, что 1946 и 1947 годы были самыми трудными и голодными. Чтобы раздобыть еду, наши женщины брали санки и зимой шли в Галич и Кинешму, чтобы поменять какие-то вещи или продукты (грибы, ягоды, картошку) на мелкую рыбу. В годы войны и в первые послевоенные годы в деревню часто приходили дети, которых родные отправляли, как тогда говорили, просить милостыню. К счастью, никто из жителей нашей деревни с сумой не ходил.
Маленький зал старого местного клуба (как здорово, что он ещё жив!) едва вместил всех прибывших из Кадыя, Костромы, Иванова, Галича, Солигалича, Ярославской области и местных жителей. А их прибыло более 70 человек!

Продолжение читайте в газете №85 от 1 августа 2017 года.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *